Э.Абрамян
С.Горожанин
С.Дробязко
М.Сурдин
С.Чуев

Наша страна

Оstbatalion

История Власовской армии

Между Сталиным и Гитлером

Журнал "Посев"

"Евразийский вестник"

 
Из истории Армянского Легиона

                                                                                               Эдуард  А.  Абрамян

Ереванский Государственный Университет,       
факультет Международных отношений
Нарукавная нашивка Армянских легионеров История формирования:

     Планируя  вторжение  в Советский Союз  военно-политическое  руководство  Германского рейха, ставило перед собой  ряд  задач, одна из которых  разрушение и расчленение  многонационального  советского государства путём  создания  национальных  правительств  и  воинских  формирований,  которые  после  разгрома СССР  должны были  стать  основой  армий  “ новых  национальных  государств”. Эти государства  стали бы  проводниками  германской политики, способствуя распространению  её  влияния  на  Ближний  и  Средний  Восток.

Для  достижений   поставленных  целей, особая  ставка  делалась на народы Кавказа  и Средней  Азии,  в  частности  на  армян, грузин  и  тюркских  народов.  Одним из способов привлечения на сторону Германии  представителей  этих  народов  стало  создание  Национальных  Освободительных  Комитетов,  в  которых  доминирующую  роль  играли  бывшие  лидеры  и  военноначальники  государств   Армении и Грузии. Военные  и  политические  деятели,  такие  как  Д.  Канаян (Дро), Ш.  Маглакелидзе, А. Хатисян  и  многие  другие,  после  установления  советской  власти  в  этих  странах  эмигрировали  зарубеж, унеся  за  собой  тысячи  людей – не разделявших  большевитских  идей.

С  помощью  Национально-Освободительных  Комитетов  начались формирования первых национальных  “восточных”  легионов  (Ostlegionen) , как уже  отмечалось  ранее,  в  качестве  ядра  армий  будущих  “независимых”  государств.

Что  касается  Армянского  легиона,  необходимо  отметить, что причиной её создания, по мнению некоторых  историков,  стала  Турция, а  точнее  политика  турецкого  правительства.

В апреле 1939 года фюрер по совету Гёринга послал  Франца  фон Папена  в Анкару  для  ведения переговоров.  Глава  турецкого правительства Исмет Иненю и министр  иностранных дел Турции Шукру Саракоглу  одним из  условий союза  с Третьим  рейхом  поставили  вопрос  армян  и  армянской  диаспоры  в  Германии (в частности  Армянского  НОК).  Зная,  что  нацисты  уже  ведут  политику  выселения  и  уничтожения  евреев, они  потребовали  делать  то  же  самое с армянами,  ибо  “у  них  тоже  еврейское  происхождение”.

Сразу  после  возвращения  немецкой  делегации  в  Берлин  в  одной из официальных газет  нацистов  “Der Volkischer Beobachter ”  появилась  статья,  в  которой  “доказывалось”  еврейское  происхождение  армян  и  следовал  вывод,  что  с  ними  надо  обращаться  как  с  евреями.

Это  был  критический  момент  для  армян,  живущих  в  Германии и других  странах, которые  в  дальнейшем  были  оккупированы  немцами.

Профессор  Берлинского  университета  Арташес  Абегян  написал  и  опубликовал  в  той же  газете  контр - статью,  в  которой  доказывал  арийско – индоевропейское  происхождение  армянского  народа.

Совершенно  ясно,  что  первая  статья  стала  результатом  антиармянской   “истерии” турецкого  правительства.  Этим  же  вопросом  начала  заниматься  небольшая  группа учённых,  которая  была  сформирована  главным  идеологом  германского  расизма  Альфредом  Розенбергом (в дальнейшем - министр оккупированных восточных территорий).

Через  некоторое  время  на  стол  А.  Гитлера  легла  докладная  записка  Розенберга,  в  которой, со  ссылками на научные  источники, признавалось  якобы  арийское  происхождение  армян.

В  ноябре – декабре  1941 года  А. Гитлер  отдал  распоряжения  о  формировании  четырех  национальных  формирований – Армянского, Грузинского, Туркестанского и Кавказско-магометанского, а  15  апреля  1942 г.  лично  разрешил  использовать  легионы в борьбе против партизан и на  фронте в качестве  “равноправных  союзников”.

В общих  чертах  процесс формирований  восточных  легионов  шел по плану командования. Созданным  воинским формированиям  тюркских  народов покровительствовало  и  всячески поддерживало  в  социальных  и  религиозных  вопросах  турецкое  посольство. Но  как  только  дело  доходило  до  армян, снова  вмешивалась  Турция:  посол  этой  страны  в  Берлине  своими  письмами  пытался  убедить  немецкое  командование,  что  армяне,  даже  если  они  и  будут  в  немецких  мундирах, создадут  серьёзные  проблемы  в отношениях  двух  стран (то же  самое  говорилось  о греческих  формированиях).

По  некоторым  данным, армян  на  службе  у  Германского  рейха  было около  27 тыс. человек, а  из  них  около  3000 - были  на  службе  у  СС  и   немецкой  разведке  Абвер.

Известно, что  в  октябре  1941 г.  германская  разведка  начала  работу  по  созданию  из военно-полевых  батальонов  специального назначения, призванных  содействовать продвижению  немецких войск  на  Кавказ и Среднюю  Азию.

Процесс  организации  армянских  и  других  кавказских  частей  был поставлен на широкую  основу  в  январе – феврале  1942 г., когда  на  территории  Польши германское  командование  создало  штабы  и  учебные  лагеря  четырех  легионов. Центр  Армянского  легиона  находился  в  Пулаве, и сразу же комендантом  лагеря для армянского  воинского  формирования  был  назначен  обер-штурманфюрер  Вальдемар  Френцель  -  сын  армянки  из  Тифлиса.

В конце февраля   генерал  Дро  (Драстамат  Канаян)  прибыл  в  Берлин и  местные влиятельные армяне  организовали  аудиенцию  к  рейхсфюреру  СС  Гиммлеру. Вместе с ним  были писатель  Гаро  Геворкян и  студент – армянин  из  Вены – в качестве  переводчика. Разговор  длился  полтора  часа. “Что  будет  после  победы Германии? – переспросил  Гиммлер. – Турки  снова  двинутся  с  оружием  в  руках на Армению? Нет. И гарантом  послужит  создание  Армянского  легиона, это формирование, я думаю,  сможет  защитить свою родину, конечно  с  нашей  помощью, от  всех  врагов…”. В  конце  беседы  Д.  Канаян  пожелал  посетить  армянский военный лагерь, где  готовились  будущие  легионеры и  лагерь военнопленных.

Попав  в  среду  военнопленных  армян, Дро, используя своё  красноречие, стал убеждать присутствующих  в  лагере  вступить  в  ряды  Армянского  легиона.

Он  установил  связь  с  армянами из  других  лагерей  и призвал  их  присоединится к   своим - вступив  в  легион.

Необходимо  отметить, что из  всех  восточных  легионов  лишь  армянский  имел  однородный  национальный  состав.

Деятельность  генерала Канаяна  очень  скоро принесла  плоды. В  первый же  месяц  около  250  добровольцев  из  3-х лагерей изъявили желание присоединится  к  армянам, которые уже находились  в  учебном  лагере,  потом еще 1500, еще  2500 и т. д.

Дро  создал  и первую  дашнакскую  партийную ячейку среди военнопленных, организовал сеть  таких  ячеек  со всеми  атрибутами  политподготовки  и политучёбы. Вступали в  эту партию как выходцы  из  Армении, давно  потерявшие веру  в  Советскую  Родину, так  и армяне, которые  даже  не  владели  армянским  языком.

Для  некоторых  вступление  в  Армянский  легион  было иллюзией  получить  новую родину – свободную Армению, а  для  многих – возможность  не умереть с голоду в  суровых  лагерях  для  военнопленных.

Однако  необходимо  отметить, что  в  самом начале создания  легиона его ряды пополнялись  армянами-эмигрантами,  живших  в  Германии, в  Польше, во Франции и в других  странах  оккупированной  Европы. Среди  легионеров  из  Германии немало были и  армяне-офицеры Вермахта, а так же офицеры СС, из них,  на пример  Ваффен – Штандартенфюрер СС  Вартан  Саркисян, который  в  последствии  с 12 декабря 1944 г"командовал  армянской гренадерской ротой  и кавалерийской группой СС – входивший в состав Кавказского кавалерийского  соединения СС. А так же  были  широко известны капитан Мисак Торлакян - отвечавший за диверсионную  деятельность  армянских  подразделений  абвергруппен, группенфюрер Размик Назарян, который с октября 1944 г. командовал специальным армянским парцер-гренадерскиим подразделением СС, и  многие  другие, чьи семьи эмигрировали  в  Германию или  в  другие страны  Европы  с  начала  событий  1915 года.

Кроме  лагерей для формирования и обучения армянских легионеров,  были  открыты  офицерские  училища,  где  обучались  будущие   офицеры. Один из таких училищ находился в городке Легионово (Польша).

Необходимым считаю отметить и тот факт, что  в  начальном этапе  лидеры Армянского Национального Комитета намеревались  сформировать  отряды  для нужд связи Вермахта. Генерал Канаян  считал, что  250 – 400 легионеров окажут  полноценную  подмогу  немцам-радистам. Однако  командование  требовала иного, в особенности Абвер, который был одним из первых, которого заинтересовало использование, в целях разведки и контрразведки  агентов армянской  национальности.

В дальнейшем были созданы  абвергруппы  состоявшие из армян-агентов, в чии обязанности входили разведка, диверсии, вербовка и пропаганда  в тылу Красной армии и  армии союзников. Из таких групп отличились  114-я Дромедар201-я  Карс   и  многие  другие.

Как  уже  отмечалось ранее, ведущую  роль в идеологической  подготовке  армянских легионеров  играли члены  национального  комитета, образованного под эгидой министерства  оккупированных  восточных  территорий. Кроме  Драстамата Канаяна, особой  популярностью  пользовался  другой  легендарный  деятель  национального  движения  1918-1920 гг.  Гарегин  Нжде  (Тер-Арутюнян).

В свою очередь  Нжде  создал  движение  “Цегакрон”. Он  приехал  в Берлин  через  Болгарию  14-го  июля,  где  работал  над  созданием  диверсионных  групп  по 20-30  человек  для  переброски  в  Армению  с  целью  пропаганды  антисоветских  настроений  и создания  Великой  Армении  под  протекторатом  Германии. В  дальнейшем эти группы были  переданы  под  командование  Абвера.

В  Германии  Нжде  помогал  бывший  посол  этой  страны  в  Москве,  старый  знакомый  граф  Шуленберг.

Через  некоторое  время  в  Берлин  прибыл  и  молодой  Сурен  Бекзарян – основатель издательства  “Пайкар”,  сын  бывшего  Чрезвычайного  и  Полномочного  посла  Республики  Армения  в  Баку.  Его  цель  было  открытие  нового  издательства   “Осанк”  (“Течение”)  в  рейхе,  которое  должно  было  стать  идейно-подготовительным  центром  для  армян  оккупированных  территорий  от  Одессы  до  Ростова. Такие  центры  был сформированы в Симферополе, Севастополе  и в других  крупных  оккупированных  городах,  где  активно  действовали  штабы  Армянского  Национального  Комитета. Влиятельным  на  поприще  пропаганды  был  и  армянин  из  Германии  Альфред  Мурадян.  Его  назвали  “попечителем  Армянского  Легиона”. Он  основал  движение  “Арменакан”  (“Айкакан”). Приехал  в  Германию и  экс-премьер Республики  Армения  Александр  Хатисян.

На  встречах  с  бывшим  послом  СССР  Шуленбергом  он  несколько  раз  поднимал вопрос  о  статусе  будущей  Армении  в  планах  рейха,  уговорил  этого  госдеятеля  договорится  с  фюрером  об  аудиенции. Однако  Гитлер  был  непреклонен: “До  полной победы  никаких  переговоров  о  статусе  советских  государств” – заявил  он. По  приказу Верховного  командования  с начала  1942 г.  армянам,  живущим  в  Германии  и   оккупированных  государств,  раздавались  специальные  документы, которые назывались  “ документами  для  арийских  беженцев”.

До  конца  1944 г.  ведомство  Геббельса  публиковало  еженедельник  для армянских  легионеров (издавался на армянском и немецком языках),  редактором  которого  был  Виген  Шант,  сын  Левона  Шанта. В  том  же  ведомстве  в  качестве   дикторов  радиопередач  на  немецком, французском, русском и  армянском  языках  работало  немало  армян.

Кроме  “ в  Берлине,  в  Марселе  и   в  Симферополе  специально  для  армянского  населения  издавались  газеты  на  армянском  языке,  такие   как  еженедельник  Azat Hayastan  (“Свободная Армения”)  и  Hayrenik  (“Родина”).

>Командующим  легиона  был Оберст (а позднее -  Штандартенфюрер)  Вартан  Саркисян. Он  попал  в  плен в чине  майора  Красной  армии  и  дослужился  до  генерала  благодаря  своим  большим военно-организаторским  способностям. Официальным  представителем  Армянского  легиона  в  рейхе  был  Армик  Джалаян – сын  бывшего  министра  иностранных дел  Республики  Армения. Его  мать  была  немкой,  и  в  Верховном  командовании  имел  значительные  связи.  Военным  атташе  был  зонденфюрер  Альфред  Мурадян – гражданин  Германии, промышленник – миллионер.  Пресс – атташе  был  Арутюн  Багдасарян.

Кодовое  наименование  Армянского легиона  - “ 160 ID”.

Из  всех  Восточных  легионов  лишь  Армянский  имел  однородный  национальный  состав. Однако  было  немало  случаев, когда набирались  и  евреи, которых армяне, таким  образом,   спасали  от  неминуемой  смерти. Такое  часто  случалось  и  в  других  Восточных  легионах.

 

Структура  легиона  и  его  составляющих,  командный  состав

 

 

       Пулавы находится  на юго-востоке Польши, на  берегу реки Висла. В период оккупации страны в городе находился штаб Армянского легиона и лагерь для подготовки армян-добровольцев. Кроме этого, в городе находился и один из штабов  Армянского  НОК, который занимался идеологической  подготовкой армянских легионеров. Недалеко от города находился лагерь для военнопленных, куда часто направлялись члены национальных освободительных комитетов для привлечения пленных на их сторону.

Прибывшие из лагерей военнопленных будущие армянские легионеры  уже в  подготовительных лагерях разбирались  по  ротам, взводам  и  отделениям  и приступали к  обучению, включавшему  на первом этапе  общефизическую  и  строевую  подготовку, а так  же  усвоение  немецких команд и уставов. Военная и политическая подготовка солдат завершалось совместной присягой, которая приносилась Армянской Земле и лично рейхсканцлеру и верховному главнокомандующему Вермахта  Адольфу  Гитлеру.

Первые  2  стрелковых батальона  Армянского легиона  были сформированы и отправлены в театр боевых действий  уже к августу 1942 года. Это были  808-й и  809-й.

В начале 1943 г.  за ними последовали  810-й, 812-й  и  813-й. А во второй половине 1943 г. – 814-й,  815-й и  816-й. В этот период на фронт было отправлено общей численностью около  20 тыс.  легионеров.

В дальнейшем новые центры с учебными лагерями были созданы на территории  Полтавской области (Украина). Новый учебный лагерь и штаб Армянского легиона стал находиться в  Лохвице.

До мая  1943 г. на  территории Украины удалось сформировать 3 стрелковых батальона  Армянского легиона – I/125-й, I/198-й  и  II/9-й.

Кроме стрелковых  батальонов,  из  военнопленных армян, за время войны было сформировано 22 строительных, железнодорожных, транспортных, связных  и  прочих  вспомогательных подразделений, обслуживающих  германскую  армию, но не принимавших  непосредственного участия в боевых действиях.

Как и все  стрелковые батальоны Восточных Легионов,  армянские имели  точно определенную численность и деление на более малые боевые единицы, не отличаясь во многом также и от структуры построения самих германских  подразделений. В  начальном этапе командирами нескольких батальонов  были немецкие офицеры, а  с  мая 1943 г.  всеми батальонами Армянского легиона командовали армянские комбаты, которые были на  этой должности формально (в основном выпускники офицерских школ). К каждому батальону был прикреплен 1 переводчик  - унтер-офицер армянин, немец или русский. 

Укомплектованный пехотный батальон,  куда входило до 1000 человек, состоял из  5 рот:  3 стрелковые, 1 пулеметная, 1 штабная. Каждая стрелковая рота делилась на 4 взвода (3 стрелковых и 1 пулеметный). Штабная рота тоже была разбита на 4 взвода (1 минометный, 1 противотанковый, 1 саперный  и  1 связной). Однако были батальоны, которые включали в себя и кавалерийские части. Вот на пример, 812-й стрелковый батальон, кроме 4 рот, имел кавалерийский и вспомогательный взвод (224 лошади).

На вооружении личного  состава батальонов имелись не только немецкое  стрелковое оружие и пулеметы, но так же и  трофейное  оружие советского производства. Минометный взвод имел на вооружении  от 10 до 16 минометов  разных  калибров, а  противотанковый взвод – 4-5 противотанковые пушки  (45 мм). В дальнейшем противотанковые взводы были оснащены и ручными противотанковыми гранатометами “Фаустпатрон”, “Офенрор” и  т. д.

Армянский легион имел статус бригады (Brigade), но по количеству личного состава он представлял из себя дивизию (Division).

Почти все батальоны имели своего священнослужителя  и  имели  возможность проведения духовных мероприятий. Строго  в соответствии с армянским  календарем  отмечались христианские  праздники,  проводилось крещение  желающих. Известны случаи крещения местных  жителей  (дети получали второе – армянское имя).

Общее число армянских стрелковых батальонов, сформированных  до конца  1943 г., составило 11.

Командным составом батальонов  Армянского легиона  в  основном являлись армяне-выпускники военных училищ и офицерских школ. Немало было  и  армян-граждан Германии, которые являлись офицерами Вермахта, Абвера или СС. Кроме того,  легион, в сущности, должен был стать  основой будущей  Армянской армии, чии офицеры  представляли из себя костяк будущего военного  командования  “свободной”  Армении. А также необходимо отметить, что в начале  1944 г.  даже было сформировано Армянское подразделение, состоящее из младших офицеров вермахта и  СС.

Кроме батальонов Армянского легиона  из  армян-добровльцев создавались и иные формирования, которые включались  в  специальные добровольческие  соединения, созданными  командованием вермахта,  Абвера  или  СС.

Одной из таких являлась особое соединение “Bergmann” (“Горец”), которая была сформирована в марте  1942 г. в Нойхаммере. Она включала в себя 2 спецподразделения  - “Тамара I  и  “Тамара II”.

“Тамара I” делилась на  5 рот, из которых в  1-ю входили грузины, армяне и немцы, во  2-ю – северокавказцы (преимущественно – дагестанцы), в 3-ю – азербайджанцы и немцы, в 4-ю – армяне и грузины  и  в 5-ю (около 50 чел.) входили  добровольцы  из грузинской и армянской  эмиграции (штабная рота). Общая численность составляла около 1500 человек (1100 кавказцев  и  300 немцев). Помимо добровольцев, отобранных  в  лагерях  для военнопленных, в  состав  соединения было включено  около 130 грузин – эмигрантов, составлявших специальное подразделение Абвера “Тамара II”. В дальнейшем соединение пополнилось еще  3-я ротами - грузинским (туда входил лишь 3 взвода, сформированным Армянским легионом), азербайджанским  и  северокавказским. Общее количество составило 2300 человек. На вооружении армян-добровольцев в составе соединения имелось преимущественно легкое оружие:  ручные пулеметы, ротные минометы, противотанковые  ружья  и  карабины германского  производства.

В конце августа  1942 г. некоторые части соединения “Bergmann” были отправлены на Восточный фронт, причем их личному составу в целях сохранения тайны армянам и грузинам было приказано выдавать себя за испанских басков, а азербайджанцев и  северокавказцев – за боснийских мусульман.

 

Как уже отмечалось ранее, отвечавший за деятельность всех стрелковых батальонов Армянского легиона являлся  Штандартенфюрер  Вартан Саркисян.

С декабря 1944 г. Саркисян командовал разрозненными остатками армянских стрелковых и кавалерийских частей СС, которые были включены в Кавказское кавалерийское соединение СС (Кавказское соединение войск СС), общей численностью около 2400 бойцов, из них около 470 составили армяне. В состав Армянской боевой группы СС входило: 3  кавалерийского взвода, 2 стрелковой роты, 1  пулеметный взвод, 1 минометный взвод.

Вартан Саркисян родился в Тифлисе в 1898 году, по матери – кровный родственник  Католикоса  Всех Армян Отца Хримяна. До начала войны  окончил военную  академию в Ленинграде в 1935 году. В самом конце войны Саркисян и несколько десятков армян-добровольцев, которые сумели уцелеть, здались в плен союзникам, а те в свою очередь передали их КГБ. Из этой группы практически все, включая Штандартенфюрера, были расстреляны в конце мая 1945 г.

                                          Штандартенфюрер  Вартан Саркисян

 

                                                           

                                      Боевая деятельность

 

1.  Участие в боях  за Кавказ:  808–й и 809-й батальоны Армянского легиона

 

          В августе 1942 г., в самый разгар боев за Сталинград, немецкое командование приняло решение о создании особой воинской части  808, входивший в состав Армянского легиона.  Его появлению предшествовала достаточно активная и целенаправленная деятельность проживавших в Берлине армянских эмигрантов генералов Дро, Нжде, и др. Начало формирования легиона пришлось на середину мая 1942 г. Именно в это время в Барановическом лагере для военнопленных немцы начали активно отбирать армян, грузин, азербайджанцев, узбеков и других представителей нерусской национальности. Для них был создан льготный режим, отменены телесные наказания. 24 мая группу наиболее крепких физически в составе 40 человек направили в лесной лагерь в 22 км - западнее Барановичей - место сбора аналогичных групп из других лагерей. К концу мая объединенную группу - всего 500 человек - направили под Варшаву, в лагерь Бениаминово, где было собрано уже около 1600 человек различных национальностей. Отсюда 140 армян отдельным эшелоном отправили в лагерь в 10 км от города Радома, где к тому времени уже находились около 1000 военнослужащих армянской национальности. Все были переодеты в польскую и французскую военную форму, разбиты на 5 рот по 150-160 человек в каждой. Так возник 1-й армянский стрелковый батальон Вермахта. Батальону было присвоено имя “Вартан Зоравар” (Полководец Вартан), а весь личный состав именовался как “Вартананк”. В начале июля батальон был переведен в город Пулавы, где был реорганизован в “1-й боевой армянский батальон”[1] в составе 1, 2 и 3-й стрелковых, 4-й: пулеметный и 5-й штабной рот. Стрелковые роты насчитывали по 180-200 человек, пулеметная - свыше 140, штабная - около 250 человек личного состава[2]. В течение всего пребывания батальона в Пулавы шло его деформирование за счет прибывающих новых партий военнопленных-армян. Всего ко времени отправки батальона на фронт в его состав дополнительно влилось около 800 человек, попавших в плен в боях, главным образом, под Керчью и Севастополем. Здесь же, на месте была организована военная подготовка новобранцев, причем проходили они ее форсированными темпами.

На время подготовки и обучения личный состав 808-го батальона был включен в состав 18-го немецкого полка.

Однако деятельность немецкого командования по созданию армянского легиона не ограничилась формированием контингента только в Пулавы. Одновременно отбор военнопленных из армян и формирование новых подразделений для легионов проводились в городах Дубна и Люблин. Здесь бывших военнопленных - всего около 800 человек, переодели во французскую и частично бельгийскую военную форму и после соответствующей трехмесячной подготовки сведены в четыре стрелковые роты. В мае 1942 г. личный состав всех рот был направлен в предместье г.Радома, в специальный военный городок. Сюда же в мае прибыли еще две партии военнопленных численностью до 500 человек, из которых была сформирована 5-я рота.

Судьба многих армян - бывших военнослужащих Красной Армии, приведшая их в легион, судя по опросным листам, была достаточно типичной. Вот как описывает ее перебежчик Гуруньян Г.Т., перешедший линию фронта в районе Котловина 20 ноября 1942 г. Гуруньян родился в 1917 году в селе Небельца Сухумского района. По профессии - учитель. До момента пленения 23 сентября 1941 г. в селе Вишенъки, под Киевом, служил сержантом в 698-м стрелковом полку 146-й стрелковой дивизии 12-й армии. В плен попал вследствие ранения. После пленения попал в Белоцерковский лагерь. В феврале 1942 г. в лагерь приехал среди других представитель народов Востока член бывшей дашнакской партии Ш. Аратуньян.  Эти люди вербовали в национальные легионы представителей соответствующих национальностей[3].

Значительная часть военнопленных из-за исключительно тяжелых условий содержания в лагере вынуждена была дать согласие на вступление в легион. Те, которые отказывались вступать, через некоторое время основная часть умирала от голода или от множества болезней в суровых лагерях для военнопленных. Отобранных военнопленных перевезли в г.Малкан (Польша), где в течение месяца они проходили карантин. Затем они были отправлены в города Радом и Пулавы (Польша), где будущие легионеры стали проходить военное обучение.

Во главе сформированного армянского батальона был поставлен майор немецкой армии, который активизировал процесс подготовки личного состава: были собраны сведения о военных специальностях всех легионеров, организованы двухнедельные курсы командного состава, на которых обучали строевой подготовке и санитарному делу. Младший командный состав батальона (от командира отделения до командира взвода) формировался после окончания, курсов на основании сдававшихся зачетов.

С 20 по 25 июня личный состав батальона, завершив курс военной подготовки, получил вооружение, снаряжение и был переодет в немецкое обмундирование образца 1939г. Общее представление об огневой мощи батальона дают следующие данные: стрелковые роты были вооружены советскими и немецкими трехлинейными и самозарядными винтовками, а также немецкими пистолет-пулеметами обр. 1941 г., а пулеметная рота имела на вооружении 12 станковых пулеметов. Наибольшая огневая мощь была сконцентрирована в штабной роте. Штабная рота состояла из 4-х взводов. Из них один взвод ПТО с тремя 46-мм орудиями ПТО образца 1939 года, 2-й взвод - минометный, на вооружении которого находилось 8 82-мм минометов, 3-й взвод - саперный, 4-й взвод - связи (2 коммутатора и 20 телефонных аппаратов, не считая имеющихся в ротах)[4].

На вооружении роты находились также 4 пулемета Дегтярева, из которых 2 были приданы саперному взводу, один - взводу ПТО и один - минометному взводу. В каждой роте имелось 12 одноупряжных повозок и I кухне трехкотельного типа, из которых один котел был предназначен для обслуживания командного состава. Верховые лошади полагались командному составу пулеметной и штабной рот.

20 июня 1942 г. личный состав батальона принял военную присягу на верность новому государству, которому предшествовала двухдневная репетиция. Батальон был выстроен на площади г. Пулавы, где в присутствии нескольких немецких высших чинов, специально прибывших на эту церемонию, все солдаты после команды “Смирно” подняли указательный и средний палец правой руки до уровня бровей. В таком положении легионеры стояли в течение всего времени, пока зачитывали текст присяги, сначала на немецком, а затем на армянском языках. Текст был следующим: “Я клянусь перед Богом и Адольфом Гитлером быть преданным немецкому государству и Армянской Земле, и до последней капли крови бороться за дело национал-социализма против большевиков и империалистов”. На этом церемония не закончилась. На флагштоке было поднято боевое знамя Германии, а рядом с ним - трехцветный национальный армянский флаг, который подарил легиону сам А. Гитлер (по данным еженедельника “Armenien”).

Выступившие затем представитель немецкого командования - один из присутствовавших на принятии присяги генералов и командир батальона, говоря о задачах нового воинского формирования, призвали к “борьбе с большевиками за освобождение своей родной Армении”[5].

В течение всего времени пребывания батальона, в городе Пулавы проходила интенсивная, фактически ежедневная, за исключением воскресений, боевая подготовка его личного состава. Основной упор делался на строевую подготовку, тактику и изучение материальной части оружия, при этом тактические занятия и изучение материальной части проводились на русском и армянском языке, команды давались на немецком.

В июле были проведены итоговые двухдневные учения с выездом в поле в полном боевом порядке и боевой стрельбой.

Большое внимание наряду с боевой подготовкой батальона уделялось формированию его командного звена. Во главе батальона был поставлен майор немецкой армии Колчак. Основной костяк командиров также составляли немцы и армяне-эмигранты - всего около 40 офицеров и унтер-офицеров. Штаб батальона состоял из 8 человек (4 немца, 4 армянина), по одному унтер-офицеру и переводчику находилось в каждой роте, остальные проходили службу в штабной роте и ведали материально-боевым обеспечением. Немецкие унтер-офицеры также командовали взводами, а их помощниками были армяне.

Одним из основных направлений деятельности немецкого командования по формированию 808-го армянского батальона была идеологическая, националистическая обработка его личного состава.

С личным составом батальона, регулярно проводились групповые и личные беседы, при этом особое внимание уделялось младшему командному составу из числа армян. Каждая рота раз в неделю получала по 15-20 экземпляров газеты “Новое слово”, издававшейся на русском языке в Берлине, дважды в неделю приходила также берлинская газета на армянском языке “Armenien[6].

Наиболее обсуждавшиеся темы, составлявшие основное содержание идеологического воздействия на личный состав батальона, затрагивали вопросы обстановки на фронте, “репрессивной политики Советской власти в отношении армян”, будущего Армении и др.

Для 30-35 легионеров с целью “ознакомления с лучшими сторонами жизни в Германии” были организованы двухнедельные экскурсии в Берлин. Экскурсанты отбирались немецким командованием из числа наиболее образованных и развитых легионеров, главным образом младших командиров из расчета привлечения их к последующей пропагандистской работе среди личного состава батальона. В столице члены делегации посетили редакцию армянской еженедельной газеты “Armenien”, встретились с руководителями армянских дашнаков, одним из главных идеологов создания легионов генералом Дро. В приветствии легионерам он отметил, что “они делают большое дело - освобождают Великую Армению от большевистского ига”, выразил надежду на скорую встречу в Ереване. В последовавшей затем встрече с работниками редакции журналисты получили приглашение в качестве корреспондентов участвовать в работе по выпуску газеты.

Идеологическая обработка личного состава батальона активизировалась в начале августа. 1942 г., перед самой отправкой его на фронт: из Варшавы приезжала группа армян-эмигрантов, выехавших из СССР еще в период гражданской войны. Кроме того, расположение батальона посетила целая делегация высших немецких офицеров (3 генерала и 3 полковника). Перед личным составом, который был выстроен на центральной городской площади, с 15-минутной речью выступил один из прибывших генералов. Он призвал легионеров оправдать оказанное доверие немецкого командования[7].

Тем не менее, большинство солдат и командиров  армянского батальона надеялась, что им не придется участвовать в боях против Красной Армии, даже были предложения об отправке добровольческого формирования в Северную Африку или на Балканы.

Однако 19 августа 1942 года легионерам сообщили об отправке на восточный фронт, и батальон приступил к погрузке в эшелоны. 20 апреля 808-й армянский батальон из Пулавы двинулся в путь по маршруту: Пулавы; Брест-Литовск; Барановичи; Гомель; Киев; Харьков; Таганрог. В Таганроге батальон выгрузился и до Кавказской станции двигался пешим порядком. На ст. Кавказской батальон снова погрузился в эшелоны и доехал через Армавир до ст. Невиномыская. Отсюда походным маршем батальон был направлен в Майкоп. По пути следования на фронт местное население относилось к легионерам враждебно. Недалеко от Майкопа легионеры увидели женщин, работавших под охраной немецких солдат. На вопрос легионеров “Кто здесь работает?” женщины ответили: “Такие же бараны, как и вы”. В свою очередь армянин, повстречавшийся им на дороге, крикнул: “Куда вы идете, дураки?” А кроме всего этого, все чаще о себе напоминали партизаны. Чем ближе к фронту подходили легионеры, тем враждебнее к ним относилось и само население.

Снижение морального духа легионеров, связанное с этим и другими обстоятельствами способствовало росту дезертирства из рядов батальона. По пути на фронт на ст. Невиномыской из 3-й роты батальона дезертировали 5 человека во главе с Г. Арушаняном. В 10-12 км от Майкопа во время двухчасового привала из батальона дезертировали еще свыше 5 человек. Уже в Майкопе в ночь на 26 сентября из батальона дезертировала группа в 10 человек во главе с командиром отделения одной из стрелковых рот - бывшим капитаном Красной Армии Хачатуряном. (В эту же ночь из батальона ушла еще одна группа легионеров в 8 чел.). Эта группа под утро была задержана немецким патрулем. Пойманных легионеров раздели догола и в таком виде провели по улицам города. Всего по дороге на фронт из батальона бежало около 50 человек.

В Майкоп батальон прибыл 25 сентября и был размещен на юго-восточной окраине города. Легионерам было объявлено, что батальон будет охранять штаб немецкой дивизии, ведущей боевые действия поблизости от города Туапсе. По прибытии в Майкоп местное население сообщило легионерам, что национальные части по прибытии на фронт (около Нефтегорска) вливаются отдельными группами в различные немецкие части. Однако армянский батальон в полном составе был направлен в район боевых действий на рубеж Даховская - Темнолесская - Камено-Мостская (Кавказский хребет).

В боевой обстановке активизировала свою работу в батальоне созданная еще в учебном лагере подпольная группа. Подпольная группа ставила своей целью подготовить личный состав легиона к переходу на сторону Красной Армии, если батальон будет послан на восточный фронт. Первоначально в состав подпольной группы входили А. Степанян, Е. Хачатурян (бывший капитан РККА), Г. Степанян (бывший политрук), А. Аветисян. Особую роль в ней сыграл Манукян, человек необычной судьбы.

Б. Манукян родился в 1914 году. В армии - с 1937 года, член ВКП (б). Воинское звание - капитан. Окончил 1-е Московское артиллерийское училище им. Красина. За участие в советско-финляндской войне был награжден орденами Ленина и боевого Красного Знамени, а также золотыми часами. Накануне Великой Отечественной войны капитан Б. Манукьян проходил службу в 3-м дивизионе 258 гаубичного артиллерийского полка в городе Варохта. (бывшая советско-венгерская граница). После нападения Германии на СССР 258-й ГАП с боями отступал, оказавшись, в конце концов, в плотном кольце окружения около поселка Терновки. После обсуждения создавшегося положения командный состав и красноармейцы решили переодеться в гражданское платье и приступить к созданию партизанского отряда. Сформированный партизанский отряд принял активное участие в борьбе с тыловыми частями германской армии.

Узнав о существовании армянского батальона, Б. Манукьян решил добровольно стать легионером с целью организации в батальоне подпольной группы и ведения политической работы среди легионеров. В дальнейшем в состав группы вошли еще 10 человек. Подпольная группа стремилась подготовить переход не отдельных не отдельных групп легионеров, а всего батальона на сторону Красной Армии. Первое совещание группы в прифронтовой полосе состоялось 24 сентября ночью на ст. Устъ-Лабинской. На этом совещании мнения разделились. Одна часть членов подпольной группы настаивала на немедленном переходе на сторону Красной Армии и уничтожении при этом всех немецких офицеров. Другая часть подпольщиков во главе с А. Аветисяном предложила отложить переход до прибытия в Майкоп.

Практически вопрос о передаче батальона на сторону Красной Армии был поставлен уже в Нефтегорске. Выступление было намечено на 29 сентября 1942 г. С этой целью из числа членов группы был назначен свой "подпольный" командный состав батальона командир батальона, комиссар, секретарь комсомольской организации командир роты. В Майкопе капитан Манукьян связался с партизаном Улиновым с целью совместного нападения на аэродром. Однако по неизвестной причине партизаны не явились по условленному сигналу, вследствие чего операция по разгрому аэродрома была, сорвана. Не удался и организованный переход батальона на сторону Красной Армии из-за предательства, нескольких легионеров.

О готовящемся массовом переходе легионеров на сторону Красной Армии немецкому командованию сообщали Г. Матетьян, командир взвода 3-й стрелковой роты, А. Пиримов, командир штабной роты, в прошлом инженер, окончивший Московский строительный институт, а также переводчик 4-й роты. В этих условиях стал возможен только стихийный переход мелких групп легионеров. На 20 ноября 1942 г. на сторону Красной Армии на участке 40-й стрелковой бригады перешло 23 легионера 1-го армянского батальона во главе с Сатарьяном (бывший политрук). Легионер Г. Арутюнян написал 25 ноября обращение к легионерам-армянам 808-го батальона с призывом переходить на сторону Красной Армии. Из Майкопа к партизанам бежал командир отделения Н. Арамян. С ним ушло часть отделения, захватив с собой 2 ручных пулемета[8].

Тем временем продолжались аресты членов подпольной группы. Связанные по рукам и ногам, арестованные содержались в одном из домов города Майкопа. В течение двух суток им не давали есть, добиваясь признания и выдачи всех участников подпольной группы. Арестованные договорились о том, чтобы несколько человек взяли на себя всю вину и не выдали остальных. Одним из таких людей был капитан Кнок, которого немцы в присутствии Манукяна избили до потери сознания - за отказ назвать остальных членов подпольной группы. Манукяна и других арестованных избивали резиновыми палками, давая ежедневно по 15 ударов (длилось 3 дня).

После ареста 29 человек подпольной группы немецкое командование разоружило батальон и реорганизовало его в дорожно-строительный батальон.

С момента перехода батальона на дорожно-строительные работы отношение к личному составу со стороны немецкого командования и в частности командира батальона, австрийца по национальности, резко изменилось. А кроме этого, нередкими стали случаи стрельбы по легионерам партизанских отрядов, которые следили за ними день и ночь, часто обстреливая казармы ночью. Питание легионеров резко ухудшилось, условия труда и жизни стали труднопереносимыми. Кроме партизанских атак, продолжались аресты среди заподозренных легионеров - немецким командованием. В этот период было арестовано до 18 человек. Аресты производились полевой жандармерией.

18 ноября 1942 г. батальон был снят с дорожных работ и направлен в район Нефтяная. Отвод батальона был вызван, прежде всего, непрекращающимся дезертирством легионеров и диверсиями партизан в районе ее расположения.

К началу января 1943 г. 808-й армянский дорожно-строительный батальон располагался в районе Маратуки - Котловина.

С февраля этого года командование начало массовое вычисление так называемых “ненадежных элементов” и аресты членов прокоммунистической подпольной организации. С 20-го по 23-е февраля было арестовано 20 человек. Их места  вскоре заняли армяне-эмигранты из Германии и Франции, которые добровольно изъявили желание “вступить в батальон и вернуть его потерянную славу”. Через двухмесячной идеологической подготовки, батальон был снова переформирован в стрелковый и вернул свое боевое знамя.

Начались изменения и в командном составе – командиром был назначен армянин А. Мурадян (майор). Батальон, однако, не отправлялся на советско-фашистский фронт, а действовал в составе сил “Antipartisan в тылу – борясь с партизанскими отрядами.

Через некоторое время батальон был отправлен во Францию для несения охранной службы у побережья в Нормандии.

 

809-й батальон, который был сформирован практически в то же время что и 808-й, был отправлен на фронт двумя месяцами позднее. Дело в том, что в этот период активизировались вылазки польских партизан в районе городка Пулавы. Партизаны несколько раз нападали непосредственно на подготовительный лагерь легиона, в результате обороны лагеря и его окрестностях частями 809-го батальона, было убито и ранено до 20 легионеров, о польских потерях на данный момент неизвестно. Армянские легионеры сумели отстоять лагерь и подступы к ним, хотя партизанам удалось поджечь пшеничное поле, которая обеспечивала хлебом весь лагерь. По рассказам бывших легионеров, принимавших участие в этих боестолкновениях, были контакты с командованием польских партизан, которые уговаривали армян не подчиняться своим немецким командирам и поднять восстание. Эти сведения, хотя не подтверждаются.

После прохождения полного курса обучений, бойцы 809-го стрелкового батальона готовились к отправке на фронт. На этот раз немецкое командование, учитывая свои ошибки относительно морального духа и идеологической подготовки армянских солдат,  исправило их. Уже наряду с физической подготовкой добровольцы изучали армянскую историю, о будущей своей “свободной” страны и об общих чертах армянского и немецкого народов. Кроме всего этого активно изучался и немецкий язык.

Части легиона 29-го октября погрузились в эшелоны и отправились на фронт. После прибытия, батальон был передан в подчинение  1-й танковой армии, который действовал в районах Нальчика и Моздока. Приказом от 18 ноября части 809-го батальона были задействованы в боевых действиях на фронте.

С первых дней боев армянский батальон показал отличный результат, неся при этом минимальные потери личного состава. Дезертировавших тоже было мало – за 2 месяца боев покинувших  ряды батальона было только 5 человек,  а вплоть до 1944г. к красным перешло всего 25 солдат.

Оценивая опыт использования частей Восточных Легионов на Кавказском фронте, начальник штаба группы армии “А” генерал-лейтенант Грайфенберг указал, что “809-й армянский стрелковый батальон  действовал в крупных лесных районах часто полностью самостоятельно, успешно боролся с бандами и отрядами противника и внес большой вклад в дело обеспечения умиротворения этих районов”.

Батальон так же участвовал в боях и обороне Кубани (несколько сот солдат и офицеров удостоились награды Кубанский щит)  и Керченского полуострова.

В боевых сводках и донесениях Германского командования 809-й батальон упоминается как выделяющееся, боеспособное и храброе подразделение, выполняющее любые боевые задачи в тяжелых горных условиях.

Батальону было присвоено имя “Зейтун” и весь личный состав именовался как “Зейтунцинер”. Боевое знамя тоже имела особенности, как и все знамена батальонов Армянского легиона. На одной стороне триколора – в центре синей полоски в белом фоне находилась свастика, а на другой стороне флага, в том же месте золотыми буквами было написано имя батальона.

За храбрость и мужество, проявленные на Кавказском фронте, 809-й батальон удостоился специальной благодарности от генерал-фельдмаршала  Эвальд фон Клейста и генерала кавалерии Эрнста Кестринга, как “мужественное формирование, достойное воинских традиций своих героических предков”.

Многие солдаты и офицеры были награждены различными степенями “Восточной медали” и  Железным крестом.

После участия в ожесточенных боях за Кавказ, батальон был переброшен на Украину, а в дальнейшем  - в Польшу, где вел боевые действия по борьбе с партизанами в составе сил “Antipartisan  и здесь удостоившись благодарностей и многочисленных наград.

В частности, была  объявлена благодарность от командующего Вермахта на Украине генерала Карла Гитцингера и командующего Восточными Легионами генерал-майора Макса Илгена. Наград удостоились почти все легионеры, а по числу награжденных, батальон занимал одно из самых высших мест в Восточном Легионе.

16 октября 1943 г. 809-й стрелковый батальон прибыл в Бельгию для дальнейшего прохождения службы в Нидерландах.

 

 

2. Тыловые участки Восточного фронта и Балканы

 

         Не считая 809-й стрелковый батальон, остальные армянские формирования, в боевых действиях на Восточном фронте, в целом показали себя очень плохо. Целые роты попросту отказывались стрелять по “Своим!”, как заявляли возмущенные легионеры. Были случаи, когда под покровом ночи во главе командиров армянские добровольцы переходили на сторону Красной Армии – обезоружив немецких офицеров.

Узнав обо всем этом, немецкое командование отбросило батальоны в тыл для пропагандической переподготовки и выявления членов подпольных организаций. Необходимо отметить, что уже начиная с этих дней в батальоны внедрялись армяне – члены гестапо, СС или спецогитаторы, пропагандисты. Последние уверяли легионерам, что все они освободители, и  всем им оказано честь избавить свою страну от захватчиков – коммунистов, а после, как уверялось и в выпусках еженедельника “Armenien”, армянские солдаты вместе с немецкими, греческими, болгарскими “братьями” вторгнутся в Турцию и освободят от варваров многострадальную Западную Армению. Одновременно при этом начались активные действия по созданию армянских  абвергрупп, и спецагентов для переброски в Турцию.

После переподготовки по приказу командования основная часть Армянских стрелковых батальонов было переброшено на западные рубежи Третьего Рейха или на Балканы.  Однако еще летом 1943 г. в тылу немецкой армии для борьбы с партизанами находились 3 армянских батальона, которые были сформированы в Лохвице: II/9–й, I/125-й  и  I/198-й . В нумерации батальонов римская цифра означала порядковый номер, а арабская – номер дивизии, предоставившей кадровый персонал.

В середине мая 1943 г. I/198-й стрелковый батальон был переброшен в Белоруссию а оттуда – в район городка Новоржев, где в течении трех месяцев находился его штаб. Батальон был передан группировке армии «Север» и действовала в лестных массивах против партизан, хотя и не дало столь ожидаемых результатов, о которых надеялась командование. Многие легионеры даже пытались связаться с главарями партизанских отрядов, и договорится о прекращении атак и диверсий на позиции армян, а некоторые даже перешли на сторону партизан.

Через три месяца после дислокации в этом регионе батальон был переброшен на Запад – на юго-восточные части Польши, а через некоторое время было принято решение перебросить батальон на юг Франции. Армянские легионеры разместились на береговых позициях -  неподалеку от города Тулон, где и дислоцировался его штаб.

I/125-й стрелковый батальон, входивший в состав группы армии «Центр», 27-го мая был переброшен в район поселка Навля: тоже для борьбы с партизанами. С середины июня батальон входил в состав 297-й пехотной дивизии и был переброшен на территорию Югославии. 9 сентября в составе выше упомянутой дивизии  I/125-й  батальон вторгся на территорию Албании и сломил сопротивление итальянских гарнизонов и партизан из коммунистических формирований УНЧС. В марте 1944 г. вместе с некоторыми частями 297-й и 100-й дивизий, армянские добровольцы покинули Албанию и передислоцировались снова в Югославии, а через месяц – переброшены во Францию.  Батальон занял прибрежные оборонительные позиции в 30 км севернее города Марсель, в близи городка Экс-ан-Прованс, по соседству двух армянских стрелковых батальонов.

Одна из самых последних армянских стрелковых батальонов, сформированных в Лохвице, был II/9-й. 27 мая 1943 г.  батальон отдельными эшелонами был направлен в район поселка Севск: для несения охранной службы штабов дивизий находившихся в этот момент на передовой линии фронта. Отдельные роты также участвовали в борьбе с партизанами. В конце июня легионеры II/9-го батальона были переброшены во Францию – восточнее города Тулон у маленького городка Иер. В сторону Сент-Тропе на островах вели береговую охрану отдельные 2 роты указанного батальона.

 

4. Оборона Южной Франции:  II/9-й, I/125-й  и  I/198-й  батальоны Армянского легиона

 

          После высадки армий союзников на северные части Франции, командованию немецкой армии стало ясно, что союзники попробуют бросить десант и на юг, дабы продвигаясь вперед, выйти навстречу и соединиться с остальными частями англо-американских войск. Как известно, целью этих войск, было продвинутся в глубь территории Франции – то есть на восток и на юг из Нормандии, разделив немецкую группировку на две части. Необходимо отметить и тот факт, что военные ресурсы Германского Рейха в этот период войны уже были исчерпаны, и использовался весь возможный потенциал здесь размещенных войск.

Командованием  штабов войск союзников был разработан план высадки десанта и захвата укрепленных объектов и линии обороны немецкой армии в Южной Франции. Эта боевая операция получила название “Наковальня”, но затем незадолго дл ее начала, была переименована в “Дракон”.

В операции должны были участвовать объединенные американские, английские и французские войска.

Побережье этих районов Франции охранялось силами частей 19-й армии Вермахта. Командующим береговых гарнизонов и прибрежных укрепленных районов был генерал Виес, а остальными частями 19-й армии командовал генерал Нойлинг. В составе этой армии и в подчинении штаба находились II/9-й, I/125-й, и I/198-й батальоны Армянского легиона. В местах размещения батальонов активно вели пропагандистскую деятельность члены подпольных организаций армянских партизан Франции.

Общая численность 19-й армии составляла около 200 тыс. солдат и офицеров: 8 пехотных дивизий, 1 танковая дивизия и 250 самолетов различного назначения. Вечером, 14-го августа корабли союзников начали приближаться вплотную к средиземноморскому берегу Франции, что и было замечено наблюдателями с нескольких наблюдательных пунктов охранно-береговой службы гарнизонов.

Была поднята боевая тревога и приведены в боевую готовность все гарнизоны и части 19-й армии.

Основными направлениями мест высадки десанта с кораблей по плану операции и командованием англо-американских войск были выбраны окрестности маленьких городков, таких как Иер, Сент-Тропэ и Сент-Рафаэл.

Десант союзников состоял из американской 7-й армии, которая состояла из 11 дивизий, из них некоторые были сформированы в Северной Африке. Командовал армией генерал Патч. В высадке также участвовали части французской армии “Б” под командованием генерала Латре де Тесини и американский 6-й корпус под командованием генерала Трускотта.

С воздуха выброской десанта, грузов и боеприпасов, а также боевыми действиями авиации руководил командующий американской 1-й авиадивизией генерал Фредерик.

Руководителем морской частью операции был временно назначен адмирал Хевитту. Число боевых кораблей союзников составило 450, из них 5 крейсеров и около 1.270 малых десантных кораблей-шлюпок, также было и несколько авианосцев. 

Для перевозки личного состава и грузов на сушу должны были спуститься  95.000 машин. Общая численность союзнических войск к началу операции составила 575.000 солдат и офицеров.

Высадка десанта началась ближе к полуночи и началу 15 августа 1944 г.

Необходимо также отметить, сто всему этому предшествовала усиленная дезинформация и введение в заблуждение командования немецкой 19-й армии: в отвлекающие места с самолетов сбрасывались парашюты с манекенами-чучелами солдат, а к берегу подталкивались пустые шлюпки и лодки с чучелами.

Спускающихся на берег пехотинцев своим огнем поддерживала корабельная артиллерия.

Превосходящие силы союзников наткнулись на упорное сопротивление и оборону береговых гарнизонов и передовых частей 19-й армии, которая использовала всю свою мощь своих орудий в препятствовании высадки десанта на побережье. Союзники начали нести огромные потери, как среди личного состава, так и в боевой техние. Особенно неудачной оказалось их высадка и атака на позиции II/9-го Армянского стрелкового батальона, располагавшегося на небольших островах и береговой линии неподалеку от городка Иер.  Хотя гарнизон и не обладал достаточным количеством артиллерийских единиц, но спускавшихся противников он встретил сильным огнем из всех видов стрелкового оружия, будучи скрытым в укрепленных сооружениях и огневых точках. Те, кому удавалось прорваться вперед, попадали на мины и инженерно-технические заграждения.

То же самое происходило по всей линии берега.

В Порт – Кроссе союзникам удалось вплотную приблизится к цитадели, но ее защитники, часть которых составляли армянские легионеры, оказали яростное сопротивление.

В 3:30 утра, был выброшен десант на населенный пункт Мюй и к 4:15 утра, после нескольких атак, американским парашютистам здесь удалось укрепиться.  Сюда же в течение дня было сброшено 9 батальонов численностью 9.700 человек, 3 арт. батареи  и 2 роты инженерно-саперной службы.

На позиции оборонявшихся частей и гарнизонов немецкой армии с 00:00 и до 07:00 союзники сбросили более 800 тонн бомб, пытаясь этим сломить героическую оборону немецкой армии.

На некоторых участках обороны на каждого защитника приходилось до 40 солдат союзников.

Перевес нападающих в живой силе, технике и авиации превосходил ресурсы обороняющихся в несколько раз.

Армия союзников стремилась овладеть населенными пунктами и дорогами вокруг Тулона и отрезать сообщения с остальными частями немецкой армии в направлении Марселя. Здесь же, расположенный I/198-й стрелковый батальон Армянского легиона пока еще вел безумную оборону прибрежного сектора и сдерживал натиск превосходящих сил противника.

Тем временем, бойцы I/125-го стрелкового батальона были подтянуты ближе к Экс-ан-Провансу и вели бой с выброшенными на парашютах частями американских десантников, пытающихся войти в город и овладеть дорогой в Авиньон.

К 08:00 часам американскому 36-у стрелковому полку удалось высадиться на пляже Драмонд и к полудню овладеть им.

Ближе к вечеру, американский 6-й корпус захватил гарнизоны Мора и Эстерел, где почти не оставалось защитников.

Потери немецкой армии по всей линии фронта были значительными, и некоторые ее части начали отступать. Численность же союзников удваивалось с быстрой силой. Оказавшиеся в окружении, солдаты немецких гарнизонов оборонялись до последней возможности.

4 сентября был оставлен Тулон, а 24 сентября – Марсель.

За этот период  I/125-й,  I/198-й и II/9-й стрелковые батальоны Армянского легиона  потеряли около 80% личного состава, оставшиеся же в живых попали в плен к союзникам и были переданы, в последствии, советским властям и СМЕРШ-у.

Практически в то же самое время в других частях Франции, а так же Бельгии и Нидерландов в боях принимало участие еще несколько армянских батальонов, однако благодаря некоторым командирам-армянам отдельные роты не вступили в бой и сразу сдались союзническим войскам.

 

 

                                           Униформа и вооружение

 

           Попав в учебные лагеря, будущим легионерам выдавали в основном трофейную (французскую, голландскую, советскую) униформу, а перед отправкой на фронт или в места дислокаций – обмундирование Германской армии, исключительно старого образца (обр. 1939 г.). Лишь некоторые батальоны с 1944 г. получили обмундирование образца 1942-1944 гг.

Знаки различия Армянского легиона были утверждены приказом №2380/42 от 2 июня 1942 г. Знаки различия легионеров включали серые петлицы с серебряным галуном и погоны германского образца из сукна темно-зеленого или мундирного цвета с желтой выпушкой и серебристыми лычками. Чины, занимавшие офицерские должности носили узкие серебряные погоны. Специально были разработаны кокарды и нарукавные знаки в виде овала Армянского Легиона. Нарукавной знак легиона был разработан на основе трехцветного государственного флага 1-й Республики Армения (1918-1920 гг.).  Представляет из себя щит с нанесенными на него в последовательности полосами красного, синего и желтого (абрикосового) цвета с вышивкой в верхней части – ARMENIEN. Нарукавной знак прикреплялся на правую руку и был нашит ниже плеча на ширину раскрытой ладони (приблизительно 10 см.). В  Армянском легионе нарукавные знаки были 2-х модификаций и отличались друг от друга лишь оттенками основных цветов и цветом вышивки-надписи вверху.

Несмотря на то, что первые образцы армянских нарукавных знаков появились уже в 1942 г., приказ, регламентировавший ношение кокард и нарукавных щитов, был издан только 1 июня 1944 г.

Ношение нарукавного знака и кокарды было обязательным для всего личного состава Армянского легиона, от легионера до генерала.

На вооружении батальонов Армянского легиона было оружие немецкого и советского производства.

Немецкое оружие практически во всем превосходило оружие советского производства, но немецкое командование сочло нецелесообразным вооружать легионеров, менее знакомым с немецкими образцами оружия, а выдавать советское (трофейное). Таким образом вооружение батальонов было смешанным и только вооружение 812-го стрелкового батальона, было представлено исключительно советскими образцами.

Использование трофейного  советского оружия широко применялось во всех батальонах Восточных Легионов.

 

Биография – Драстамат Канаян ( Дро )

 

     Канаян Драстамат Мартиросович родился 1-го мая 1883 г. в городе Игдир Сурмалинского уезда, Эриванской губернии. Окончил русскую гимназию Еревана и в 1904 г. поступил в военное училище Пятигорска.

С 1903 г. примкнул к политическим движениям армянских национально – освободительных движений, вступил в ряды партии Дашнакцутюн.

В том же году принял участие в покушении на управляющего Сурмалу – Голицына.

В мае 1905 г., в городе Баку взорвал главного виновника и разжигателя армяно-татарских стычек генерал-губернатора Накашидзе.

Вместе со своим другом Мартиросом в Александрополе уничтожил Алиханова.

В 1905-1906 гг. участвовал вместе с Николом Думаном в обороне армянских общин от нападений и погромов закавказских татар и турков. Будучи активным членом Дашнакцутюн, занимался подготовкой программы решения Армянского вопроса. 

С 1907 г. под видом коммерсанта и владельца маленькой фирмы “Сурен эфенди” в Баязете, осуществлял тайную переброску оружия и боеприпасов для армянских гайдуков. Во время 1-й Мировой войны командовал 2-м Армянским добровольческим полком армии царской России на Кавказском фронте. Отмечен высшим командованием за Ванский поход.

В 1917 г. являлся комиссаром Армянского корпуса.

В 1918 г., во время армяно-грузинского конфликта, был командующим военной группировки Армянской армии в Лори.

В конце мая 1918 г. участвовал в окружении и разгроме частей турецкой армии в Баш – Апаранском сражении.

В 1920 г. был назначен военным министром Армянской Республики, а после установления советской власти в Армении, был временно назначен командующим войсками Советской  Армении.

В феврале 1921 г. участвовал в восстании против коммунистического  режима, и после подавления восстания перешел границу и эмигрировал в Румынию.

В эмиграции занимался политической деятельностью.

Перед началом 2-й Мировой войны вошел в контакт с правящими кругами Германии и принял активное участие в создании батальонов Армянского легиона, а вскоре – был назначен его командующим. Хотя Бюро партии и было против сотрудничества с нацистами, но вместе с ним ушли некоторые члены Дашнакцутюн имевшие военное образование и опыт ведения боевых действий в Европе, на Балканах, Ближнем Востоке и Кавказе.

По окончанию войны эмигрировал в США и продолжил политическую деятельность по решению Армянского вопроса и организации помощи эмигрантам.  В 1947 г. на Всеобщем съезде Дашнакцутюн был прошен, так как оправдал свое сотрудничество с нацистами весомыми аргументами и был снова избран членом Бюро.

Последние годы своей жизни прожил в Бейруте.

Воинский талант и доблесть генерала Дро были отмечены Россией, Германией и Румынией.

Скончался 8-го марта 1956 г. и похоронен в Бостоне.

24 мая 2000 г. остатки генерала Дро были привезены в Армению и 28 мая нашли последнее пристанище в родной земле, на кладбище Баш – Апарана.

 



[1] http://www.angelraybooks.com/diewehrmacht/heer/ot1.htm#wigg

[2] Antonio J. Munos, The East Came West, New York – 1999, page 249

[3] ЦАМО. РФ. 209. Оп. 1063. Д. 648. Л. 42.

[4] Antonio J. Munoz, Forgotten Legions: 1941 – 1945, New York – 1995, page - 45

[5] Antonio J. Munos, The East Came West , page 250

[6] Абрамян Э. А. “Армянский легион Вермахта”, Ереван – 2002, стр. 17

[7] С. Дробязко, А. Каращук «Вторая мировая война 1939-1945. Восточные легионы и казачьи части в Вермахте», Москва – 2001, стр. 28

 

[8] Абрамян Э. А. “Армянский легион Вермахта”, стр. 11

В статье использованы также материалы из сайта http://armenian-legion.fr.st/

Плакаты
Листовки
Издания
Униформа
Знаки различия
Награды
Организации
Музыка
Документы

«ХиВи»
«ВАРЯГ»
«ДРУЖИНА»
РОНА
Казачьи части
Вооруженные силы КОНР
Восточные легионы
РОА OSTFRONT